13 жизней

Дима, еду репортаж снимать в ту самую пещеру. Где дети потерялись. Поехали за компанию?
— Я работаю завтра
— Жаль, с тобой получилось бы отлично.
— Если я не приду на работу, кто будет учить маленьких людей? В другой раз зови, или завтра поехали, в пятницу, сразу после уроков.
— У тебя есть час чтоб передумать
— У тебя тоже!
….
— Приём, тут меня залило ливнем, а в арендованной машине забарахлили дворники и кондиционер. Если завтра двинем, ты точно поедешь?
— Да, мне очень нужно проветриться.
— В пять вечера заеду за тобой.

….

Так как, судя по новостям, народу там толпы, и праздных репортёров-блогеров отсекают ещё на подступах, я начал складывать в чемодан парадные рубашки и светлые джинсы с презервативами в карманах. Потом думаю, мало ли, мож придётся забраться куда — напялил камуфляж, с собой взял старые кроссовки.

Выехали, как договаривались, и на три часа застряли в пробках возле Бангкока. Вечер пятницы такое время, что нужно ехать лишь окольными дорогами, или не ехать вообще никуда.
Бессонная ночь. На задних сиденьях камеры-штативы, откинуться нормально нельзя, и я пытаюсь спать сидя, просыпаясь от светофоров и чьего-то дальнего. После такого «сна» болит голова, и я высунул её в окно. А там воздух такой хороший, горы на горизонте! Мне почему-то подсознательно нравятся эти места.

Ну да, трагедия. Ну, пишут много в прессе. Но ехал я со скептичным равнодушием гонзо-журналиста. Мало ли в мире людей гибнет, обо всех не напереживаешься.

И тут нас стали обгонять вереницы «скорых» и грузовики, везущие какие-то установки с трубами. До пещер ещё 180 км, а дорога полна ими.


А через полчаса пришло это чувство. Что, возможно, где-то почти без воздуха сидит на островке горстка продрогших, мокрых пацанят. И многие нации сплотились, чтобы им помочь. Мне нужно туда, и будь что будет.

— Слушай, нас же и близко не подпустят к пещерам. Там и морские котики, и водолазы. А мы, два городских бездельника, каким боком?
— У меня спасатель знакомый. Прорвёмся.

Пытаюсь найти пещеру в гугл картах, а они, похоже выключили её — на запрос выскакивает чёрное окошко «no connection», в то время как остальные запросы обрабатываются нормально. Хорошо, что координаты у нас есть от того самого спасателя.

Поездка выходит дорогой — прокатная хонда сити жрёт 9-12 литров вместо семи, и мы едем от заправки к заправке. Друг подсчитывает, что самолётом вышло бы дешевле. Это не первый случай, когда я сталкиваюсь с диким расходом на прокатных машинах, в связи с чем рекомендация проверять их по возможности, если вы решились объехать Таиланд вдоль и поперёк.
После шестнадцати часов в дороге наконец видим зелёные пики с картинок и простенький лагерь. Этот лагерь не основной — здесь волонтёры со всего мира следуют плану Б, пытаясь найти случайный вход в пещеры сверху.
То есть, основные усилия направлены на главный вход — оттуда откачивают воду, там ныряют водолазы и дежурят журналисты. А мы пользуемся кусочками карт, полученных с помощью ультразвука (или какой-то похожей технологии).
Есть предположение, что большой грот в некоторых местах отделён от поверхности тонким слоем известняка. Сами пещеры — в 80-ти метрах по этим грязным ручьём

а мы поднимаемся метров на 50 вверх, в противоположную сторону, чтобы там найти пещеру/расщелину, резко уходящую вниз.


Но сначала лагерь.

Нас тепло приняли, предложили еду и воду, спросили, есть ли опыт в скалолазании. Товарищ ответил утвердительно, а я — глаза в пол:
— Опыта нет, желание есть.
— Отлично, работы на всех хватит.

Выдали каски с фонариками и прикрепили к сборному отряду альпинистов.

Обрисовывают фронт работ, и я жалею, что так легкомысленно отнёсся к подготовке. Нужны компас, фонарик, нож, горная обувь — но всё это осталось дома, а на моих ногах потрёпанные покатушками Nike Air, которые от страха перед будущим развалились прямо перед посадкой в залепленный грязью внедорожник.

Гляжу на «задышавшие» подошвы, и хочется плакать от обиды. Есть ещё вьетнамки, но кто меня в них пустит? Нахожу горку резиновых сапог, судорожно перебираю — самые большие на четыре два размера меньше моей ноги, влезть никакой возможности. Замотал кроссовки скотчем. Знаю, он отклеится от влажности, сильно ругаю себя за беспечность, но что делать, пройду так далеко, как только смогу.
Едем.

У точки сбора перед входом в пещеру группы тайских волонтёров, и с удивлением вижу жилетки таксистов. На мопеде по этому грязному болоту без вариантов — внедорожники 4х4 еле вывозят, так что похоже и они тут с благородной целью.

Подхожу к группе тайцев.

— Пожалуйста, скажите, где тут хоть какой-нибудь магазин с обувью? Моим кроссовкам конец. Или продайте мне кто-нибудь ваши боты.
Вспоминаю, что кошелёк оставил в машине, в лагере. Вперёд выходит полноватая тайка:
— Размер какой у тебя?
— 43
— Попробуй мои

Резиновые сапоги немножко жмут, но они в сто раз лучше развалившихся найков. Хочу её обнять, вспоминаю, что в тайской глубинке полно сердечных людей.
— Я вечером в лагере отдам. Или заплачу за них
— Не нужно ничего отдавать. Идите, ищите.

Короткая планёрка. Идём цепочкой, не теряемся, с обрывов не падаем. Ищем входы.
— Нужно, чтобы кто-то тащил рюкзак со снаряжением.
— Я возьму, нормально.

Первый же переход через бурный ручей доказал мне, что тайка была послана Богом. Сапоги по колено оставляли мои  ноги сухими, в то время как у остальных участников похода обувь превратилась в маленькие бассейны.
Идём в гору. Начинаем задыхаться. Вспоминаю дышать, как на тренировке. Жарко, пот градом, но гордо вышагиваю вторым за командиром группы, подавая пример отстающим.
Добрались до цели. Две пещеры, которые нужно исследовать. Начинается ливень, но мы под скалой, наш островок остаётся сухим. Только тягостное чувство — все понимают, что эта вода заливает пещеры.
Расширяем дрелью и молотком первый вход. Продвигаемся, завинчиваем в стену крепление, и двое уходят вниз по верёвке. Третий отмеряет глубину

22 метра. очень мало, нужно минимум 50-80. Отзвуки ударов молотка, дрели. Ещё три метра. Но через двадцать минут из прохода вылезает перемазанный таец


— Ребята, тупик. Дальше ход идёт вверх.

Подавленные повалились на землю. Смотрим результаты ультразвука, пытаемся высчитать точное положение пещеры. Время близится к четырём часам, скоро закат.

Я прислонился к скале. Прошу её. «Пожалуйста, отдай нам детей. Тебе не нужны эти маленькие жизни.»

Мимо проходят «морские котики» США. Я тогда ещё удивился, какие здоровые у них солдаты, и лишь потом прочёл, что «котики».

Они лениво заглядывают в соседнюю пещеру, и сообщают, что там хода нет. Мой напарник решает проверить, и после получаса молотка и дрели — «ребята, нужно камеру примотать к длинной палке, заглянуть за угол, что там! но ход определённо есть!»

Приматываем «соньку» и фонарик к стволу молодого деревца

Рассматриваем видео — если прорубаться дальше, то видны красивые ярко-голубые кристаллы, и два хода — один вверх, другой, как нам и нужно, вниз. Напарник пробивается туда и пробует пробить дыру вниз. Говорит, при этом всё у него под ногами завибрировало, так что, возможно, это и есть тонкая прослойка над глубоким ходом к подземным пещерам. Решаем вернуться сюда с оборудованием.

По окрестностям туда-сюда курсируют солдаты-тайцы, есть связь по рации, нас спрашивают, нужна ли еда. Сначала принесли пакет с водой и ред буллом, а также мешок сборной гуманитарной помощью. Развязываем узел…

Галеты, несколько кексов и сухие бич пакеты мама нудл. Ээээй, что с ними тут делать?
— Не расстраивайтесь, за мною ещё один идёт — говорит парнишка-солдат.
Второй посыльный принёс гораздо более съедобные рис и жареную свинину.

Жуём, и чувствуем, как силы возвращаются к нам. Сознание клюёт мысль, что где-то там до смерти голодные мальчишки считают длинные минуты. Вот уже полдня идёт дождь, и насосы несомненно не успевают откачивать прибывающую воду из пещер.

— Команда, подъём!

И выдвигаемся вдоль грязного бурлящего потока по направлению к лагерю, обследуя всё на пути.

Перед уходом я схватил большой мешок с мусором. Собрал остатки нашего ужина, бутылки, упаковки еды после американцев. Война войной, а природу нужно уважать и беречь. Сапоги немножко жмут, начали болеть ноги, а я, опасно балансируя, прыгаю с камня на камень, тащу этот бесполезный тяжёлый мешок. Ругаю себя немножко за принципиальность. Оставляю его, когда нужно забраться наверх, проверить что-то, и снова тащу. А когда забираться нет сил и хочется махнуть рукой, говорю себе, что каждый из нас случайно может оказаться шансом для кучки мелких парнишек.

Я ушёл вперёд от группы, и тут телефон внезапно поймал сеть. Пришли телеграмы-фейсбуки-лайны, и я минут на двадцать отключился от внешнего мира, рассчитывая, что товарищи окликнут, когда догонят. Всем ответил, всех лайкнул, а отряд мой так и не появился. Прошёл чуть назад — никого. Пошёл вперёд, встретил тайца, командира другой группы. Показываю ему фото.
— А, видел ваших ребят на выходе, давно уже!
— Как?! Окей, спасибо.

И я, морщась от боли в ногах, балансируя мешком, прыгаю по склизким камням к выходу. Мешок по пути наполняю доверху. Приехал — приноси пользу, как можешь.

На стоянке меня встречает скучающий водитель и несколько волонтёров из других групп.

— Нет, не было ещё никого из ваших.

Обознался военный! Пишу напарнику
— Ребята, вы где?
— Пещеру нашли огромную, её, похоже, никто не исследовал! А ты?
— А мне военный сказал, что вы уже на выходе, и я прискакал сюда!
— Ну жди там.

Мне стыдно. Со стороны смотрится, будто я соскочил. Но сил идти обратно искать их реально нет — мне срочно нужна удобная обувь. Я забрался на очередной джип, едущий в лагерь, там с огромным облегчением переобулся в шлёпанцы, и стал ждать возвращения наших.

Тихо работает телевизор с последними новостями о спасательной операции.

Сушится развешенная одежда, усталые волонтёры засыпают на стульях. Солнце уже почти село, атмосфера в предгорье волшебная — воздух, вид, и люди с горящими сердцами вокруг.

Душа нет, лишь тайстайл туалет с ковшиком. Поливаясь этим ковшиком из бадьи, надеюсь что её никогда не путали с унитазом. Вечернее совещание с итогами и планами на завтра, а у меня на душе кошки скребут. Нужно разрабатывать ещё несколько пещер, но мне в понедельник в 7 утра нужно торжественно встречать студентов, потом полный день уроков, которые мне совесть не позволяет сгрузить на плечи остальных учителей. Говорю с напарником
— Надо в Паттайю завтра утром выезжать, и так приедем глубокой ночью
— Давай хотя бы ещё до обеда завтра поколупаем скалу!
— Обедом там всё не ограничится, и я в итоге забью на школу. Это нехорошо. Мне самому уехать отсюда — как сердце из груди вырвать. Но там тоже дети, и обязательства, которые я должен чётко исполнять. Смотри, какая здоровая парочка волонтёров подъехала, они нас отлично заменят.
— Там не нужны здоровые, я мелкий, в любую щель пролезу
— Утро вечера мудренее. Поехали искать отель для ночлега. Завтра сбор в 6 утра, осталось лишь несколько часов для сна.

По пути останавливаемся у вывески мини-отеля и ресторанчика — Олег не может есть острую еду, принесённую местными для волонтёров.

 Выбежал охранник, показал нам место для парковки. За ним следовала обаятельная тайка с хорошим английским.
— Извините, но комнаты заняты все приехавшими волонтёрами. А ресторан, конечно же, открыт, выбирайте столик. Вы журналисты? Тоже волонтёры??? Пожалуйста, будьте как дома.

Нас окружают милые девочки с квадратными бирманскими личиками. Я прямо-таки чувствую их интерес к двум белым парням. Что, ещё есть такие места в Таиланде?
Олег съедает пхат крапау и жареные грибы, запивает пивом.

Я не голодный, сижу смотрю по сторонам. Очень душевный ресторанчик!

Просим счёт.
— Мы сделали скидку 10%. Спасибо, что помогаете детям.
— Вы такие милые!

Ко мне подходит девочка-официант
— Вы мне так нравитесь. Пожалуйста, можно сфотографироваться вместе?

Присмотрелся к ней. Эх, были бы у меня запросы поменьше, жил бы вот с такой, не тужил!

Комнаты в этом симпатичном комплексе были по 500 бат, так что есть надежда найти недорогое жильё в округе. Чекаю booking.com, он выдаёт свободные комнаты в китайском Yunnan hotel.

380 бат комната с вентилятором, 480 — с кондиционером для Олега.

Беру фейсбук у симпатичной ресепшионистки. Развесил насквозь мокрый, попахивающий камуфляж сушиться, поставил будильник на 5 утра. Спать.

— Откройте!!! Обслуживание номеров!!!
В проёме двери показалась маска с синими мешками под глазами
— Дима, я не смог заснуть, переутомился, домашние с Украины ещё звонили всю ночь. Не выдержу ещё один поход, а потом дорогу до Паттайи. Дай мне пару часов выспаться, и поехали обратно. Сейчас напишу ребятам, извинюсь.

Моё сердце разрывалось — долг звал в школу, а всё моё существо требовало оставаться в горах. Хорошо, что Олег взял на себя это решение. Я позавтракал местной яичницей и тостами,

 через полчаса внезапно застрял на толчке — похоже, масло для жарки в Бирме менять не принято. Очистив таким образом организм, засунул двадцатку под подушку, для прикола привёл рум в первозданный вид, и пошёл вниз ждать у машины.

По пути обратно мы наслаждались отличными северными дорогами


видами, 
и постоянно обновляли ленту в ожидании новостей от нашей команды.

На этот раз они долбили скалу 15 часов, но хода в пещеру, где заперты дети, так и не нашли.

Олег то и дело останавливался — фары были слабыми, дорога после Накхон Савана порою не имела ни освещения, ни разметки, сильно уставали глаза вглядываться сквозь моросящий дождь. Наконец, часа в два ночи, шаркая, тащу сумки на свой четвёртый этаж. В 5.30 подъём, душ, встреча детей, на которой меня слегка пошатывает. В перерывах между уроками — сон урывками, по 10 минут. Вечером ужин с друзьями, что ждали и волновались за меня, и, наконец, кроватка.

Детей, как вы знаете, нашли. Эта новость осветила солнцем мою жизнь. Я ликовал несколько дней, и приставал к учителям нашей школы с фоточками и видео с места.
Потом меня тэгнули в официальных фейсбуках, показали по телевизору, и с тех пор у меня куча запросов на дружбу в фейсбуке и прочие «браво!» от симпатичных незнакомых девушек. И когда мы от полицейской облавы ныкались в маленькой сойке, со мной перефоталось полдеревни.

Хотелось бы закончить на этой радостной ноте, но тут приходят сообщения от известного вам белорусского учителя, который умудряется обойти меня почти во всём — выбил нормальную зарплату, заслужил уважение всей округи, женился на красавице и обзавёлся домом, коровой и новеньким мотобайком.

Вот такой вот скриншот с подписью «наш герой»

и разъяснения — в школе какой-то парад маршировали, и ученики стали терять сознание от жары. Белорусский учитель тут же перешёл в режим супергероя, и таскал их на руках километр до медпункта.

— Ты чё, решил меня  в героизме обойти?
— Нет, но было тяжело, тащил и задыхался
— Что ж, я продолжу тренироваться и быть отзывчивым человеком, и когда-нибудь совершу такой подвиг, что тебе нечем будет крыть!

Продолжаем бороться.