Сердце у Луны

Она заводила новые профайлы в соцсетях и писала мне, а я их блокировал. Два года уже. Два года я гнал воспоминания о ней. Два года избегал любого контакта и не появлялся нигде, где могла быть она. Отвечал неизменное «нет» на все предложения встретиться, «поговорить об ошибках прошлого», да и на любые другие темы.
— Что ты с ними делаешь такого, что они ломятся к тебе в дверь?
— Со мной удобно, и я не совершаю недостойных поступков.

Я уже две недели болен. Старые травмы обострились все сразу, стало очень больно ходить и больно жить. Да ещё то герпес выскочит, то от лекарств высыпание. Поверх этого я простыл.

Никого рядом. Ты интересный лишь когда активный, блестящий, с деньгами. Больной, в пыльной квартире, на пропитанных потом простынях — ты никому не нужен. Умирай сам по себе. Не нравится — уезжай из Паттайи. Город Греха не для слабаков.

Вру, я не совсем одинок. Мне написали несколько подруг, хотели чего-то. Обозвал шлюхами и попросил отвалить. Когда боль сопровождает тебя каждую минуту, мозг становится немного сумасшедшим, обозлённым, едким. Одна готова была приехать и быть сиделкой, но я же её прогнал когда-то, были причины. Выздоровею — начинай сначала. Сцены, слёзы. Нет, так я не поступлю.
Визит в красивый госпиталь опустошил бы мои карманы — не устаю удивляться их бизнес-талантам. Госпиталь в Таиланде много прибыльнее нефтекачки или там золотой жилы.

А в народном госпитале умрёшь раньше чем дождёшься приёма врача. Но нужно было убедиться что хотя бы кости в порядке. Доктор в Бангламунге после четырёх часов ожидания посмотрел рентгеновские снимки, и выписал парацетамол и трамадол. Опиат, от которого у меня сразу улучшились сон и настроение. А через неделю я решил показать себе, что мой характер сильнее любой зависимости, и отказался от привычной таблетки. Вмиг пришла своеобразная ломка. Бессонница, ночами лежишь на грани сна, как околдованный живой труп. Настроение вниз. Снова боль. И усугублялось это чувством одиночества.

Я когда-нибудь дорасскажу историю с учительницей, но закончилась она шоком для меня. Я не могу ни с кем быть. Все прошли чередой сквозь мою жизнь — молодые, старые, успешные и потерявшие всё, умные, глупые, вульгарные и очень порядочные. Со всеми что-то не срослось, и я уже потерял веру. Иду в толпе, опускаю глаза. Мне стало нечего предложить девушкам — со шлюхами мне уже давно не интересно, платить им за секс рука не поднимается, а хорошим девочкам я приношу лишь страдание. Проклят, проклят. Держитесь от меня подальше.

Я медленно двигался в пробке по Чаяпрыку, когда девичья фигурка прокричала из темноты моё имя. Смотрю — бежит кто-то. Притормозил. Вот она уже вцепилась в меня и байк. Вилась вилась верёвочкой, да встретились с нитью игла.

Она знала, какой у меня байк, тем более он один в городе такой. Бросается в глаза. И вот спустя два года после нашего бурного расставания она меня наконец поймала.

— Что… чего ты хочешь?
— Пожалуйста, дай мне шанс
— Зачем?
— Пожалуйста, я много думала, и поняла свои ошибки. Дай мне шанс. Увези меня с собой сейчас. Всего один день. Дай нам один день вместе.

Восемь месяцев с ней было моим рекордом. Что ж, раз я проклят, и она — всё, чего я достоин, то я пойду этой дорогой. В аду тепло, и компания хороша.

— У меня через два часа автобус в родную деревню. Вези меня, я сдам билет, поеду позже. В Паттайе ничего не осталось, проклятый город. Плохие люди.
Байк несёт, как стадо бешеных коней. Я знаю, что это неизменно вызывает эмоции. Прострелили до соседнего городка, стоим на пляже.


— Ну, что?
— Ничего. Главное, я снова тебя нашла.
— Выглядишь, как чушка. Ну что же ты.
— Нормально я выгляжу! Уже больше года этим не занимаюсь!
— Тебя перетаскало пол-Паттайи, и продолжают таскать. Ну чего же ты? Почему не осталась на моём корабле? Мы могли бы такую жизнь выстроить вместе. А ты пустила под откос.
— Дура я, послушала подруг-проституток. А сейчас осталась ни с чем.

На неё больно смотреть. Лицо в пятнах. Грязная обувь, немытые волосы. Отсутствие интеллектуальной нагрузки сказалось на чертах лица. Когда мы с ней расставались, конфетка была. И вот начинай сначала. Как больно видеть это.

Едем на станцию менять билет. Вечер субботы, она выбирает вечер понедельника.

— Завтра ты выходной, весь день вместе. В понедельник подожду тебя с работы, домашними делами позанимаюсь. И вечером отвезёшь меня к автобусу. Уезжаю надолго я отсюда.
— Мне не очень нравится идея про понедельник. На утро бери билет.
— Нет, нет — скороговоркой заказывает вечерний рейс — всё, поздно, купила уже на вечер.

Оставлять одну в моём руме  категорически не хотелось бы, но капитан Летучего Голландца ничего не боится. Всем отомщу если что.

Ужин с друзьями. Они, узнав кто это, смотрят оторопело, с презрением. Называют меня словами всякими. Во мне закипают упорство и гнев. Я вам отдаю себя, а со своей жизнью могу делать всё, что мне вздумается. Могу вам про ваши брёвна в глазах рассказать. Не вздумайте мне указывать, или смотреть на меня так. Я себе цену знаю.

Вот мы и дома. Загнал в душ, выдал свежую майку взамен затасканных шмоток. Выделил половину кровати. Спи.
А сам смотрю в потолок, думаю.

— Перевернись, сделаю массаж тебе. Где тут бальзам…

Я — вампир. Я люблю пить кровь молодых девушек. С некоторых не выжмешь ничего, я и живу рядом непонятно как. А с неё — можно. Уходит боль, уходит бессилие. Я притянул её к себе, и отодрал по-всякому. Мдее, хоть и научилась мышцы сжимать, но разболтали там тоннель уже. Профессиональная деформация.
И бьётся мысль — я же для тебя сердце у Луны бы вырвал, зачем разрушила всё?
Болтаюсь теперь осколком стекла, разбиваюсь раз за разом на куски, и те кто ступают на это битое стекло, плачут потом.

Со мной не выспишься — идейный учитель на ногах без двадцати шесть утра. Точнее, для приличия полежал тихо до 06:00, а затем чекнул соц сети и пошёл в душ — к семи уже можно поехать на оптовый рынок за фруктами на неделю.

— Пагнале?
— Езжай, я ещё поваляюсь чуть.

Ээээ, ты должна торговаться и выбирать лучшие фрукты для любимого! Ладно, я в этом и сам неплох. Съезжу один, невелика потеря.

Восемь ноль-ноль:

— Дорогая, я поехал в кондо знакомого загорать на крыше. Там также есть бассейн и спортзал, хочиж?
— Нет, тай леди не любят солнце, я посплю ещё.

Окей.

— Возвращаюсь через пять минут, поехали завтракать!
— Просто привези мне еды.
Вопросов в моей голове всё больше. Не успевает всем желающим в фейсбуке ответить что ли. Расслабленно завтракаю один, никуда не спешу.
Привёз ей еду. Засыпала свинину сахаром, полила уксусом с перцем — сидит, ест.

— Я в БигСи
— О, шоппинг! Я с тобой.

Ну конечно.
Набрала корзину джанк фуда — чипсы, конфеты, шоколад, водоросли и рыбные палочки. Дальше весь день таскала этот пакет за собой и непрерывно ела. Так вот почему ляжки у неё стало разносить. Тайская классика..

Пока меня не было, помыла посуду и погладила пару рубашек. Что ж, неплохо, но волосы после себя убрать не хватило — вся раковина залеплена ими. Один знакомый транс расчёсывался, выставив голову в окно. Шикарный лайфхак.

Я всегда чем-то занят. Меняю сантехнику, смазываю цепь байка, стиралку загружаю.
У неё сериал по ютубу и чипсы. Час, два, бесконечно. Ай кью сорок, жизнь прекрасна.
Отвлечёшь — выдаёт идиотскую шутку или гримаску, так что лучше б молчала.
В моей голове всё больше назревает паника — за два года всё стало только хуже, она же просто людоедка. Как я мог расстаться с порядочной, смышлёной учительницей и притащить к себе вот это вот…

Вечером катали за город. Как-то слезли с байка, ждём остальных. Китайская пара стоит неподалёку, девочка молоденькая на меня посматривает с интересом, а на спутницу мою — с недоумением. Да пошла ты, был бы я один — головы не повернула бы в мою сторону, знаю вашу девичью психологию.
Людоедка тем временем несёт что-то на косноязычном английском.

Я, хоть профи в тайглише, понимаю её с трудом — давно не было практики. Me go road mountain before now have houses same Europ so come back this road.
Не упрекай меня английским. Была бы я шлюхой с Волкина — уже бегло бы разговаривала.
— Нууу… я четыре года в Таиланде, а язык знаю на уровне алфавита и пары десятков фраз.

Заехал на рынок купить рубашку, по пути проспонсировал её обновки.

Мне всё более неуютно с ней. Она потеряла мою нить совсем. Несёт околесицу, тупые шутки, жрёт чипсы, запивает колой. Учительница видится мне чуть ли не святой, от невыносимости бытия с людоедкой слёзы наворачиваются на глаза. Как я мог всего этого не видеть два года назад!

Поднимались домой по лестнице, я подскользнулся и немножко упал. Со страхом прислушался к спине — смогу ли подняться без помощи. Но громче всего звучал раздавшийся в подъезде кондо смех моей подруги. На этом я решил эксперимент одного дня заканчивать. Можно было бы её отодрать ещё раз этой ночью, но утром я буду спешить на работу, на сцены времени не будет.

— Завтра мы выезжаем вместе. По пути на работу закину тебя на бас стейшн, поменяешь билет на утренний автобус.
— Но почему?
— Мне неуютно с тобой, я не счастлив. Твой образ жизни кажется мне диким. Между нами огромная пропасть, которая за два года стала размерами с космос. Ты живёшь, и представить не можешь, что у людей бывают честь, достоинство, стремления, победы и поражения. Чипсы и ютуб — твой максимум, а я про звёзды мечтаю, и знать хочу, что живу не зря.

Раздался крепкий мат на тайском, которого давно не слышали мои стены. Оу, ну вот мы и сбросили маски.

— Убирайся из моего дома.

Хорошо, только приму душ! — Хлопнула дверь ванной, я поморщился. Овца, не смей рушить моё жилище. Не ты его строила.

Снова мат, рыдания, слышу, шампуни полетели на пол, да звуки ударов, как бьёт себя по лицу. Открываю дверь

— Ба, да ты же психопатка. Торчишь, да?
— Что??? Я???

Несколько раз сильно бьёт кулаком в стену. Плитка там возрастом старше её, и не таких выдержит.
— Что, хочешь проверить меня на наркоту? Поехали!
— Да я и так всё вижу. Поехали. Прям щас. Или сюда мне полицию вызвать? За два года многое поменялось, цацкаться с тобой не буду, этим вечером ты вылетаешь, гарантирую.
— Закрой дверь, я приму душ.
— На душ это мало похоже. Вон из моего дома.
Работает запись на телефоне в руке. Навыки не пропьёшь, а то уже были подачи «он меня избивал».
— Мне некуда идти. Билет на автобус только на завтра, денег нет.
— Я сниму тебе номер в отеле.
— Ах ты так! Нет! Я сейчас же звоню своему знакомому, он меня заберёт и буду спать у него!
— Два года, ничего нового так и не изобрела. Выйди из моего рума и звони кому хочешь. К слову о том, чем ты в жизни занимаешься.
Но звонить, похоже, было некому.
— У меня автобус только вечером, а в отеле чекаут в 12
— Утром уедешь значит, поменяешь билет
— Я не хочу утром
— Твои хотелки — не мои проблемы.
— Если ты отправишь меня в отель, я убью себя!
— Пошла вон отсюда.

Вау, чудо. Выметается.

— Вези меня в отель возле Волкина, я пойду сниматься.
— Видишь как всё стало на свои места. Держи 600 бат, как раз на мотосая и отель. Пока.
— Нет, вези меня ты!
Но мы-то уже не в моём руме, тут улица, свидетели.
— Берега не путай. Я пошёл спать.
Она поняла ситуацию и сменила тон.
— Ну пожалуйста.
А я ж не знаю, что у неё в голове. Не поворачивайся к наркоману спиной! (с)
— Дай мне пять минут сказать тебе кое-что. Душа болит, не могу.
— Ну?
— Девочка моя, что же ты наделала?
— Ты не знаешь правды! На Волкине снималась не я, а мой двойник! Покажи мне те злые языки…!!!
— Да я сам сколько раз видел тебя со старпёрами. И мопед твой на парковке половины пакетных отелей города по ночам.
—Пошёл ты!
Вскочила, пошла прочь. Вот и отличненько.
Через десять минут звонок.
— Пожалуйста, прости меня за резкие слова. Отвези до отеля возле автобусной станции, чтобы мне утром было недалеко. Я вот тут стою. Забери меня.


А мне чё, мне ж мало. Ныряем глубже, запомнить подольше. Везу её.
— Ты знаешь, где отель?
— Не знаю, глаза разуй, смотри по сторонам!

Стоп
— Со мной никто так не разговаривает. Сечёшь?
Привёз к какому-то гесту. 600 бат ночь. Отлично.
— Всё, пока.
— Нет, постой. Дай мне ещё.
— ???
— Мне надо… /косноязычный тайглиш, который я понять не в силах/
— Тебе надо только переночевать и утром сесть на автобус. Но твою зацикленность на «дай ещё денег» я тоже понимаю. Профессиональная деформация.

Ночную тишину разорвала смесь мата и проклятий на тайском и английском, я со спокойной душой открутил газ и растворился в темноте.
Проснулся утром. Ничего не болит. Душа перезагрузилась и очистилась.
Я знаю, что мне нужно. Давайте их всех сюда.